Сразу семь актеров, режиссер-постановщик и художник-постановщик пополнили труппу Вышневолоцкого театра драмы. Все это молодые люди, как и главный режиссер, Алексей Кузнецов, полтора года назад вступивший в эту должность.
– Помню, красил фасад дома, было это 16 лет назад, позвонил мой товарищ, спросил, не хочу ли я заниматься театром, – рассказывает Алексей Кузнецов о своем профессиональном пути. – Какой театр, сказал я. Позади – два года армии, поезд ушел. Надо деньги зарабатывать. Мой товарищ тем нее менее предлагает попробовать поступить на работу в Вышневолоцкий театр. Я уволился, и уже на второй день был на первой своей репетиции в этом театре.
На следующий год он поступил на актерский факультет в Ярославский театральный институт, а через год после его окончания – туда же на режиссерский факультет, тоже на заочное отделение, и еще шесть лет учился. Работал в Вышневолоцком театре актером, начал ставить там спектакли. В 2017 году уехал в Дзержинск Нижегородской области. Играл на сцене, ставил спектакли в театре драмы и театре кукол. Ездил еще в Сарапул, это Удмуртская республика, сделал несколько постановок там. В 2022 году вернулся в Вышний Волочек на должность режиссера. Здесь поставил семь спектаклей, а всего – больше двадцати. Полтора года назад ему предложили стать главным режиссером.
По другую строну рампы
– От актерской работы отошли?
– Да, в большей степени вижу себя режиссером, но в планах несколько проектов, где буду участвовать как актер. Это совсем разные профессии. Режиссер мыслит иначе, если актер видит часть, то он – целое.
– Мало случаев, когда режиссер становится актером, а движение в противоположную сторону происходит, наоборот, очень часто.
– В моем конкретном случае это произошло из-за того, что я часто не согласен с режиссерским решением. Поняв, что мешаю режиссеру, решил, что лучше буду делать сам. Как только начал учиться режиссуре, отказался от всяких споров, когда участвую в спектакле как актер. Если знаешь, что это такое – быть по другую сторону рампы, режиссеру ни в коем случае мешать не будешь.
– Вы знаете театр как минимум с двух сторон.
– Я знаю его с разных сторон. Работал монтировщиком, когда нужны были деньги на учебу, был рабочим по зданию, главным администратором. Сам декорации красил, создавал реквизит, и на звуке сидел, и свет делал.
– Как вы отнеслись к предложению стать главным режиссером Вышневолоцкого театра драмы?
– Я благодарен директору за приглашение, но не сразу согласился: нужно было все взвесить. Одно дело, когда ты постановщик спектакля и отвечаешь только за него, другое – когда главный режиссер. Он должен определять творческую политику, если по разным причинам художник или актер покидает театр, набирать новых людей.
Трагикомедия
– Каким театральным жанрам вы отдаете предпочтение?
– В разные периоды жизни, в зависимости от внутреннего состояния, тяготеешь к разным его видам, но что касается жанра, я всегда любил трагикомедию: ничто так не отражает жизнь. Постоянно убеждаюсь в том, что комическое всегда рядом с трагическим, они идут рука об руку.
Но при выборе названия спектакля ставятся разные задачи. Мы все, особенно те, кто работает в провинциальном театре, прекрасно это понимаем. Речь о том, что, по статистике, только пять-шесть процентов жителей города обычно посещает театр. В маленьких городах, в связи с быстрой отсматриваемостью спектаклей и тем, что жизнь становится сложной, люди в театре ищут отдушину, отдых. Поэтому в последнее время в репертуаре превалирует комедийный жанр. Но комедия комедии рознь, хочется брать материал, вызывающий желание задумываться. Нашу постановку «33 счастья» кто-то из зрителей обозначил как философскую комедию.
– Провинциальный театр, вы сказали. Иногда кажется, театры больших и малых городов – две непересекающиеся плоскости, что заметно уже по названию фестивалей. И режиссеры из провинциальных театров едут на постановки именно в провинциальные театры.
– Да, употребил это слово, но я его не люблю, потому что оно обрело почти негативную окраску, такую снисходительность. Но где бы ты ни делал спектакль, в городе с населением на сорок тысяч человек, четыреста тысяч или миллион четыреста, важно, как ты относишься к своему продукту, извините за это слово, какую планку ты для себя ставишь, с чем выходишь на каждую репетицию. Убери название театра из афиши, и пусть зритель, не зная, из какого города приехала эта труппа, смотрит спектакль. Что он скажет? Для меня понятие «провинция» никак не связано со знаком качества: это только численность населения.
– Но ведь имеет значение привычка часто смотреть разные спектакли. Вот в Твери нет театра оперы и балета, и в этом отношении мы очень отличаемся от Перми – так же, как любой маленький город отличается от большого. И потом, в больших городах в театрах работают люди с образованием.
– Нельзя допускать себе поблажку: мол, мы маленькие. Нет, у нас должна быть профессиональная команда. Когда я пришел главным режиссером, с одним актером нашего театра, у которого не было образования, состоялся такой разговор. Если театр для тебя не хобби, а дело жизни, учись профессии, сказал я. Сейчас он работает у нас и учится актерскому ремеслу.
Как артисту найти свое место
– Почему в провинциальных театрах состав труппы так часто меняется? Артисты и режиссеры, поработав немного, снимаются с места, ищут себе место в другом городе.
– Причин несколько, первая – материальная уязвимость творческих людей, вторая – творческие поиски. Раньше театры малых городов имели одного-двух режиссеров без возможности приглашать других постановщиков. Актерам становилось скучновато.
– Сейчас у актеров, кажется, есть возможность ездить.
– Она всегда была. Как рассказывают актеры старшего поколения, раньше все было проще: взял чемодан и поехал. Переезды стоили дешево, в театрах всегда были общежития. Сейчас для нас это огромная проблема. У нас нет служебного жилья, приезжим актерам приходится снимать квартиры, а они стоят больших денег. Нам нужно обзавестись своим жильем, которое мы могли бы предоставить приезжающим актерам, режиссерам, художникам.
– Программа «Земский работник культуры» ее должна решить.
– Огромное спасибо министерству культуры Тверской области за эту программу. Всем девяти новым сотрудникам, надеюсь, будет оказана помощь. В новом сезоне в театре добавилось девять человек, труппа сразу выросла почти в полтора раза, это огромное приобретение.
Теперь мы можем одновременно выполнять сразу несколько задач, например, репетировать два спектакля в параллель. У нас очень большой государственный план по показу спектаклей. Театр много ездит по району, а если чуть ли не ежедневно выезд, встает вопрос: а когда репетировать новые спектакли? Мы должны за сезон выпустить восемь премьер и отыграть 340 спектаклей. Когда труппа маленькая, артисты работают на износ. Мне их очень жаль, а деваться некуда. Творчество – основная причина, по которой люди приходят в эту профессию, но когда не остается ни времени, ни сил… Эту проблему будем решать.
