Дважды за последние несколько месяцев тверские ученые‑практики из Федерального научного центра лубяных культур успели посетить КНР. Цель — не просто наладить отношения, а договориться об экспортных поставках семян льна‑долгунца и технической конопли.
Какие именно разработки заинтересовали китайцев? Об этом мы поговорили с руководителем Федерального научного центра лубяных культур Романом Ростовцевым.
— Роман Анатольевич, сейчас Россия и Китай расширяют сотрудничество в самых разных сферах. Ваш центр — в числе тех организаций и компаний, которые помогают укреплять отношения двух стран.
— В конце января я вернулся со Второй Саньяской выставки российских научных достижений в области биологии. Она объединила более ста представителей исследовательских, образовательных, производственных организаций, органов управления России и Китая.
Ранее, в декабре, КНР посетила большая делегация ученых нашего Центра под руководством Игоря Ущаповского. Наши специалисты участвовали в российско-китайском научно-практическом семинаре по передовым сельскохозяйственным технологиям в городе Харбин. Оба визита были насыщены различными встречами, в ходе которых обсуждались возможности сотрудничества.
Любая выставка — всегда больше, чем витрина достижений. В первую очередь это рабочая площадка для диалога, причем очень плодотворная. За четыре дня, проведенные в Санья, удалось наметить десятки точек соприкосновения.
У нашей делегации была возможность ближе познакомиться с тем, как развивается агропромышленный комплекс Китая. Мы побывали как на самых современных производствах, так и на тех, где обходятся без инноваций. Мы, в свою очередь, рассказали, какими ресурсами располагаем. Объединяя усилия, мы сможем достичь хорошего результата — например, в селекции льна‑долгунца. Сейчас, когда климат становится непредсказуемым, необходимо выводить сорта, устойчивые к неблагоприятным погодным условиям.
Для медицины и модных брендов
— Китай — высокотехнологичная страна. Почему там заинтересованы в древней сельхозкультуре? Какое направление вашей деятельности наиболее востребовано на Востоке?
— Наши совместные проекты, которые пока находятся в самой начальной стадии, предусматривают селекцию и переработку лубяных культур: льна и конопли. Наши сорта демонстрируют высокую адаптивность к почвенно‑климатическим условиям китайских аграрных регионов.
Например, лен с повышенной прочностью волокна вызвал интерес у текстильных предприятий Шаньдуна, сотрудничающих с мировыми лидерами и модными брендами одежды. А по конопле мы предлагаем не только семена, но и технологии глубокой переработки.
— В наше время конопля — это «запретное слово». А вы готовы экспортировать семена этого растения?
— К сожалению, по понятным причинам эту сельхозкультуру зачастую включают в «черный список». Такое отношение можно списать на незнание.
Волокно конопли когда‑то имело широкое применение — от одежды и прочных технических тканей до веревок и канатов. Напомню, что речь идет о технической культуре с очень широким потенциалом. Например, ее перерабатывают для получения целого ряда ценных медикаментов, содержащих химическое соединение CBD, используемое в лечении широкого круга болезней, включая ментальные расстройства.
Сорта на экспорт
— Вы нацелены на долгосрочное сотрудничество или «продали семена и забыли»?
— Конечно, нет. Мы не просто передаем сорта, а сопровождаем весь агротехнологический цикл. Так мы строим свою работу в России с аграрными и индустриальными партнерами, подобным образом планируем внедрять наши разработки и на предприятиях Китая. В провинции Хэйлунцзян, граничащей с нашей Амурской областью, уже готовы к возделыванию наших сортов льна-долгунца Цезарь и Добрыня.
Кроме того, достигнуты предварительные соглашения о поставках оборудования для переработки льна.
— Как вы оцениваете перспективы коммерциализации российских агроразработок в Китае?
— Оптимистично. Искусственные материалы имеют много преимуществ, но они не заменят натуральное, экологически чистое сырье. Все, кто имел возможность сравнить льняную и синтетическую одежду, однозначны в высокой оценке комфорта, который в жару и холод создает натуральный лен.
Если говорить о перспективах сотрудничества с китайской стороной, то идет обсуждение создания постоянной российско‑китайской платформы для обмена опытом по семеноводству. В частности, нашими разработками заинтересовались крупные семеноводческие компании Китая, присутствовавшие на выставке. Но для нас еще было важно усилить роль Российской науки и государства в целом в мире, где нас пытаются задавить санкциями.
Взгляд за горизонт
— В России есть спрос на ваши услуги и семена?
— Всегда невольно вспоминаешь и сравниваешь: как это было в советские времена и сейчас. В Тверской области было больше 30 льнзаводов, многие хозяйства занимались выращиванием льна. Сейчас ситуация совершенно иная.
Но, тем не менее, в прошлом году мы реализовали все оригинальные семяна льна наших сортов. Поэтому сейчас предпринимаем шаги по наращиванию объемов посевного материала для льно- и коноплесеющих хозяйств.
— Роман Анатольевич, приближается День науки — ваш профессиональный праздник. Сейчас часто приходится слышать о необходимости сближать науку и реальный сектор экономики. Вашему центру это удается?
— Наука — это взгляд за горизонт. От нее не нужно ждать быстрых ответов на сиюминутные запросы. Задача ученых — прогнозировать, проектировать и создавать будущее. Если ограничиться только текущими нуждами, то прогресс как минимум замедлится.
Мы должны смотреть хотя бы на 30 лет вперед. В жизни много таких примеров: Фарадей открыл электромагнитную индукцию в XIX веке, а широчайшее применение в электротехнике она нашла лишь спустя многие десятилетия.
Наш Центр работает на перспективу, но в то же время мы можем уже сейчас предложить — и предлагаем — много практически ценных наработок для индустриальных партнеров.
У нас есть несколько проектов с отечественными компаниями, реализацией которых мы сейчас занимаемся. Уверен, что направление нашей работы — перспективное. И мы готовы привлекать молодых специалистов с достойной оплатой труда.
