Мы продолжаем раскрывать тайны усадьбы Знаменское-Раек, в которой сейчас при поддержке Министерства культуры России идет реставрация.
В будущем здесь планируют открыть новый музей, который должен стать одной из интереснейших площадок ВИЭМ. В одном из прошлых номеров мы рассказывали об архитектурных находках. А сейчас раскроем тайну таинственного письма, которое было обнаружено в бальном зале.
Нет, это не романтическая записка галантного века, когда творил Николай Львов. Это свидетельство совсем другой эпохи, но оно раскрывает важную страницу в истории Райка. В советское время прекраснейшая усадьба Верхневолжья стала местом «перековки» ребят, попавших в сложный жизненный переплет.
Так, с середины 1950-х годов здесь размещалась Калининская детская воспитательная колония закрытого типа, которую курировало МВД. В ней содержались подростки 14–18 лет. Интересный факт: эту колонию перевели сюда из Ниловой пустыни. То есть изначально «трудные» подростки проходили перевоспитание в одном из древнейших монастырей Верхневолжья, а потом переехали в одну из его красивейших усадеб – из легенды в легенду. А с 1965 года здесь располагалась спецшкола для трудновоспитуемых детей и подростков и несовершеннолетних, совершивших правонарушения (от 9 до 18 лет) закрытого типа, которая уже находилась в ведении отдела народного образования города Калинина.
Письмо, найденное реставраторами, датировано 1972 годом.
– Мы обнаружили этот конверт под полом в купольном зале. В период, когда здесь находились колония и спецшкола, в этом зале располагались спальни воспитанников. В 1970-е годы здесь меняли паркет, и, видимо, письмо упало и осталось под досками пола, – рассказывает архитектор Анна Калугина.
Это письмо, очевидно, написано одному из воспитанников.
«Саша, можно ли верить твоим обещаниям? А может быть, ты все забудешь, как приедешь домой? Ответь, пожалуйста, на эти мои вопросы», – пишет отец или мать подростка, который оказался на перевоспитании в Райке. Несколько строк приписаны детской рукой – друга или брата по имени Юра. Еще один листок – «привет из Нелидова», судя по всему, от девочки по имени Вера, которая передает слова поддержки от Витьки и сожалеет, что Сергея «не было на улице», но обещает в следующий раз постараться, чтобы «все ребята хоть немного, но написали» – а сегодня они играют в лапту. Видимо, это послание от друзей и одноклассников. Кроме того, был найден и конверт от другого письма, адресованного человеку по имени Николай. Обратный адрес – Коми АССР. Очевидно, в Калининскую спецшколу направлялись на перевоспитание «трудные» подростки не только со всей области, но и из других регионов.
На пожелтевших листах – беспокойство и надежда родных и близких. Они просят вести себя хорошо, учиться и трудиться прилежно и не скучать.
И воспитанники не были глухи к этим просьбам. Многие стремились доказать свое исправление трудом – при колонии было подсобное хозяйство.
– Сад при усадьбе был огромный. Там росли яблони – особенно хорош был белый налив, сливы, много ягодных кустарников. Ребята за ним ухаживали. Возле усадьбы тогда стояло несколько деревянных строений. В одном из них устроили хранилище для яблок, там поддерживали нужную температуру, чтобы фрукты сохранялись несколько месяцев, и дети почти всю зиму эти яблоки ели. А из ягод варили варенье для воспитанников. Также в колонии держали поросят, за ними тоже ухаживали подростки, – вспоминает Лидия Ивановна Абрамова. В начале 70-х она жила неподалеку от спецшколы, а ее супруг Николай работал там слесарем.
– В усадьбе жили и почти взрослые парни, и ребятишки помладше. Многим хотелось что-то делать, работать руками. Помню двух мальчиков, они помогали в кочегарке. С обязанностями истопников подростки вполне справлялись. Конечно, муж их контролировал, нельзя же оставить несовершеннолетних одних в котельной, но ребята серьезно и ответственно относились к своей работе. Некоторые интересовались слесарным делом, предлагали помощь в починке чего-либо, хотели быть полезными. Дети жили в главном доме усадьбы, персонал – во флигелях и деревянных домах неподалеку, в деревне. А потом, в семидесятых, спецшкола закрылась, и в парке у реки построили лодочную станцию, очень красивую, – вспоминает Лидия Ивановна.
Хочется верить, что судьбы мальчиков, которым были адресованы письма, сложились так, как надеялись их родители. И парни вернулись домой достойными людьми.
– Найденные документы – ценное свидетельство жизни усадьбы в советскую эпоху, ее роли и значения в этот период. Они будут храниться в фондах Всероссийского историко-этнографического музея, – комментирует директор ВИЭМ Ирина Жукова.
