В этом году у Елены Степановой юбилей: пятого июня ей исполнилось 65 лет. Иногда она отмечает свой день рождения на следующий день, потому что шестого июня родился Пушкин, а она давно привыкла считать это совпадение особым знаком. Филолог с 42-летним педагогическим стажем, она гордится этим соседством.
На любовь к Пушкину и, соответственно, выбор дела жизни повлияла ее школьная учительница Светлана Михайловна Тихонова. Учитель русского языка и литературы, ученикам новой, только что открытой в Южном школы №44 она запомнилась в том числе своим литературно-музыкальным кружком. Ребята любили литературу, каждую неделю с удовольствием писали длинные сочинения.
Вызывая к доске Елену, Светлана Михайловна каждый раз приговаривала: «Мал золотник, да дорог», хвалила за сочинения, за то, что девочка находила ответы на сложные вопросы и интуитивно чувствовала людей, за врожденную грамотность и спокойный мягкий характер. Именно тогда у Елены созрело решение стать учителем. После десятого класса она поступила в Старицкое педагогическое училище. И ни разу не пожалела об этом: оно дало хорошую методическую базу, умение вести уроки и общаться с детьми.
Начало пути
После училища Елену распределили в Тверь, в пятнадцатую школу. И вот первое сентября: она стоит у доски, родители заходят в класс, дети дарят цветы, садятся за парты. Это момент и трепет от того, что все сбылось и сложилось именно так, как ей себе представлялось, это волнение и радость запомнились ей навсегда.
Потом, через три года, был другой класс и другая школа, которой она отдала десять лет. Очень дружный коллектив, отношения с детьми складывались замечательно – у Елены вообще никогда не было проблем с дисциплиной в классе и обучением школьников: ее мягкость, сердечность и тихий голос действовали лучше властности и жесткости.
Но в конце девяностых стали появляться ученики, родители которых им многое позволяли, настаивали на их правах, а про обязанности и элементарные правила поведения не говорили. И эта перемена в отношении с родителями и детьми стала одной из причин, почему их учительница разочаровалась в школе, тем более что зарплату сначала платили не вовремя, а потом и вовсе перестали. Тогда многие педагоги ушли в торговлю.
Место силы – Старица
Елена тоже ушла. Поработала немного в продовольственном магазине, потом на рынке продавала чай и кофе: нужно было как-то кормить себя и ребенка. Но уже через полгода решила вернуться в школу. Поехала в Старицу, где училась в педучилище, где летом на каникулах жила у своей бабушки, в город, который называет своим местом силы.
Учебный год уже начался, в районном отделе образования ей обрадовались и предложили место в селе Гурьево в Старицком районе, сказали, что там красивые места. Места действительно невероятно красивые, Елена преподавала русский язык и литературу с пятого по девятый класс, жила в деревянной избе, топила печку, дети приходили к ней домой. С коллегами они устроили в селе настоящую культурную жизнь: ставили сценки в местном клубе, организовывали концерты, местным жителям это нравилось.
Приют: слезы и надежды
Потом был опыт работы завучем в другой сельской школе, частным педагогом в Москве. А несколько лет назад она устроилась в Редкинский социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних. Все без исключения обстоятельства, сопутствующие этому периоду жизни детей, драматические: сюда их привозят чаще всего из-за пьянства родителей, а бывает, что ребята убегают из дома из-за конфликтов или сами просят соцработников забрать их.
Дети, когда попадают в нормальную обстановку и оказываются под присмотром отзывчивых и доброжелательных взрослых, быстро адаптируются. Иногда уже на второй день играют и общаются, хотя ночью могут плакать и звать маму, и тогда воспитатели успокаивают их.
Они продолжают любить своих родителей, и это удивительно, потому что именно из-за них лишились дома. Казалось бы, должны злиться, но нет, дети скучают по мамам и папам и хотят домой.
Елена рассказывает, что недавно привезли девочку четырех лет, и когда ее начали раздевать, чтобы помыть, увидели на теле синяки. Выяснилось, что мать живет с мужчиной, который избивает ребенка. Девочку готова взять приемная семья, но мать звонит и плачет в трубку: «Доченька, я брошу всех этих мужиков, мне никого не надо, кроме тебя», при этом ничего не меняя.
Другая история: три сестры из другого региона, их отец погиб, мать пропала, они жили у знакомых, потом попали в Конаковский район, в приют. Живут здесь уже давно, старшая помогает маленьким – рассудительная, спокойная и неконфликтная, с ней очень жалко будет расставаться, когда их отправят в детский дом, а это неизбежно.
Многие дети привыкли друг к другу и к воспитателям. Иногда они живут здесь долго, бывает, даже два года, как, например, одна девочка. Она ждала решения своей судьбы и когда узнала, что едет в приемную семью, заплакала от счастья. Хотя расставаться с приютом всегда трудно – когда они уезжают, плачут, при этом мечтая о родном доме – такая вот двойственность, которую трудно объяснить. В приюте ведется журнал, куда записывают каждый звонок родителей, потому что в суде нужно подтверждать, что они не оставляют детей без внимания. Но некоторые родители вообще не звонят, а другие звонят и бесконечно обещают исправиться, но все повторяется.
Время расставаться
Центр располагается в большом двухэтажном коттедже. Здесь четыре спальни, столовая, игровая, класс и кабинет психолога, который, пока нет специалиста, используется, чтобы ребенок мог побыть там один, если ему нужно уединиться и обдумать что-то. В центре живут дети от трех до восемнадцати лет, около пятнадцати человек, хотя бывает и меньше. Они распределены по группам: маленьких стараются поселить отдельно от подростков, в каждой комнате по три-четыре человека.
Жить в приюте многим нравится: спонсоры и местные жители дарят подарки, приносят косметику, одежду, украшения. Когда ребенок поступает в приют, выбирает для себя в гардеробной одежду. Уезжая, везет с собой большие баулы. Они любят наряжаться, танцевать в большой гостиной, выступать перед гостями, показывать свои танцы и стихи, у них это, правда, здорово получается.
Директор Наталья Шилова находит спонсоров, возит детей в цирк, в дельфинарий, на мотошоу. С центром дружат байкеры из «Ночных волков» и волонтеры из Москвы и Твери, которые проводят разные мастер-классы. Благодаря этому дети чувствуют себя нужными и любимыми. Педагогов в центре четверо, и они работают посменно.
Каждый день приносит им новые истории, некоторые воспитанники остаются в памяти, а некоторые забываются, потому что идет постоянная смена. Примерно девяносто процентов детей возвращаются в свои семьи, если родители проходят лечение и создают дома условия для жизни детей. Это главная цель всей работы – чтобы ребенок жил дома, чтобы там было безопасно и тепло. Но иногда это невозможно, и тогда детей отправляют в детские дома или приемные семьи, и каждый раз это боль, потому что они привыкают к центру, к воспитателям, к друзьям и плачут при расставании. Елена, человек мягкий и сострадательный, всегда переживает, хотя старается не показывать этого.
– Иной раз думаю: все, пора уже на пенсию, – вздыхает Елена Степанова. – Но посмотрю на ребят, и сердце защемит – так хочется направить их на правильный путь, привить им общечеловеческие ценности, чтобы они узнали, какими бывают нормальные отношения…
Так летят за днями дни, и каждый час уносит частичку бытия. Неизменным остается одно – любовь к Пушкину, к русскому языку и литературе, унаследованная от Светланы Михайловны Тихоновой, учительницы, которая перед каждым учебным годом перечитывала «Евгения Онегина».
Елена тоже перечитывает Пушкина, чаще всего любимые «Повести Белкина»(16+), и не изменяет ритуалу устраивать двойной праздник – объединять дни рождения свой и великого поэта. И первый тост, когда собираются у нее за праздничным столом близкие и друзья, всегда за Пушкина.
