В Польше в очередной раз вспомнили о «российской угрозе». Да, речь о попытке стянуть польских силовиков к границе с Калининградом. Символично, что это произошло накануне Дня народного единства в России, который берет исток в победе над польско-литовскими интервентами в эпоху Смутного времени.
Напомним, незадолго до этого, в сентябре, глава МИД Польши Радослав Сикорски призвал НАТО провести «агрессивные учения» у границ Калининградской области. Вероятно, «партнеры» предпочли «не светиться», так что пришлось действовать в одиночку и с меньшим размахом.
А на фоне конституционного кризиса и раскола внутри самой Польши это выглядит попыткой отвлечь собственный народ от внутренних проблем, привычно сославшись на «угрозу российского вмешательства».
«Российские вмешательства»
В числе наиболее значимых «русских вмешательств» можно, конечно, назвать освобождение Польши от немецко-фашистской оккупации, когда в польской земле остались лежать шестьсот тысяч наших солдат. И помощь в восстановлении страны в послевоенные годы, когда половину Варшавы отстроили заново из советского цемента и кирпича. Кстати, о сохранении исторического облика древнего города советские архитекторы тоже тогда позаботились. Или возрождение польской экономики после войны. Беспроцентный кредит в десять миллионов рублей, 45 тысяч тонн угля, 3 тысячи тонн керосина, 280 тысяч тонн моторной нефти, 150 тысяч голов крупного рогатого скота, промышленное оборудование на полмиллиарда долларов, медикаменты, продовольствие, семена для посевных работ и многое другое, необходимое, чтобы поднять промышленность и сельское хозяйство, было поставлено в Польшу Советским Союзом буквально сразу после ее освобождения. А в 1947 году, когда случилась засуха и Польше угрожал голод, СССР снова направил туда тысячи тонн продовольствия. При том, что наша страна тоже восстанавливалась после войны.
Отголоски средневековья
Но, видимо, у польских элит какая-то другая, альтернативная память. Как считают эксперты, этому есть исторические предпосылки, уходящие корнями как раз во времена Смутного времени.
Одно из объяснений этому феномену было озвучено на межрегиональной научно-практической конференции «Герои и события Смуты: Верхневолжье и сопредельные территории». Это мероприятие прошло в День народного единства: исследователи всесторонне проанализировали события Смуты и те уроки истории, которые стоит вынести из той эпохи.
В первую очередь участники остановились на роли Тверской земли, которая стала ареной для ряда ключевых сражений и переломных моментов борьбы с польскими интервентами: героическая оборона Торопца, объединение войск Михаила Скопина-Шуйского и Якоба Делагарди в Торжке, легендарная битва под Калязином…
Тогда, в начале XVII века, России угрожали не только территориальные потери. На кону стояло сохранение национальной независимости, русского культурного кода. По сути, это была первая гражданская война в России, спровоцированная и осложненная вмешательством иностранных государств
— Отголосок событий того времени мы слышим даже сейчас, когда через столетия Польша продолжает приносить интересы своего народа в жертву нездоровым стремлениям на восток. Те же кланы, которые столетия назад боролись за власть, определяют политику Польши и сегодня. Например, представители клана Радзивилов занимали важные места в министерстве образования Польши в девяностые годы (как раз тогда, когда была проведена «посткоммунистическая» реформа образования), в министерстве здравоохранения, — отметил член Российского военно-исторического общества Максим Кормушкин.
В своем докладе он проанализировал причины этого явления.
Клушинские иллюзии
Так, первоначальный этап авантюры Лжедмитрия I казался своего рода «бизнес-планом». Поход на «русские равнины, изобилующие мехами, пашнями и серебром», планировался как масштабное инвестиционное предприятие. Но на коммерческий расчет наслоился идеологический фактор: Рим увидел в этом возможность распространить на русские земли власть католической церкви. Смута перестала быть войной за ресурсы и границы и стала битвой за духовную идентичность.
И ведь победа «крылатых гусар» при Клушине в 1610 году практически заставила интервентов поверить, что Россия у них почти в кармане! Но нет. Народ, объединившийся для защиты своей страны, в очередной раз захватчиков в этом жестко разубедил. Тогда, по мнению экспертов, в польских правящих кругах и зародилась специфическая философия реванша.
— Неспособность признать крах колониального замысла заставила шляхетскую мысль искать объяснение не в собственных ошибках, а в «онтологическом вероломстве» восточного соседа. В польском политическом сознании утвердился синдром «украденного царства»: убеждение в том, что законный московский трон принадлежал Варшаве по праву победы при Клушине, а сопротивление русских ополчений нарушило естественный ход истории, — отметил на конференции Максим Кормушкин.
Игра на чужом поле
Собственно, тогда и возникла почва для формирования мифов о «русской обиде» и «русской угрозе». Попытки обвинить Россию в гибели поляков в Катыни и Медном, снос памятников, любые антироссийские действия до сих пор вполне органично ложатся на почву «многовековой обиды». Особенно если учесть, что «польский вопрос» стал довольно эффективным поводом для манипуляций со стороны коллективного Запада. Играя на философии реваншизма, Польшу по сей день активно используют как главного проводника антироссийской идеологии в Восточной Европе.
И польская общественность это осознает. Как отмечал польский политик Кшиштоф Толвиньски, «мы находимся в роли инструмента, который используют в том направлении, которого мы сами еще не понимаем». О «сложной игре теней», в которую Польшу втягивают союзники на Западе, писал и обозреватель Лукаш Ястшембский, отмечая, что такие действия ставят Варшаву «в неприятное положение» и превращают ее «в зависимый инструмент».
Кстати, игры на поле чужих интересов обычно заканчивались для Польши ее разделом. Но, если переписывать историю, чем в последнее время там любят заниматься, несложно забыть и что-то очень важное. Например, что попытки сделать реваншизм «национальной идеей» идут в ущерб интересам собственного народа.
Для России главный урок событий рубежа XVI-XVII веков: самое трудное и смутное время преодолевают объединившись. Готовность всем миром отстаивать свою независимость, свою веру, свою страну всегда побеждала.
Вероятно, Запад тоже мог бы вынести из тех событий более ценный урок, чем миф о «русском коварстве».
