Недавно в Кашинском муниципальном округе прошло мероприятие, посвященное памяти человека, чья судьба хранит много тайн – в биографии контрразведчика иначе быть не может.
Но известных фактов более чем достаточно, чтобы назвать его вклад в безопасность нашей страны, без преувеличения, неоценимым. Речь об Артуре Артузове, одном из основателей советских спецслужб, «крестном отце» Рихарда Зорге, авторе методов, которые по сей день применяются для защиты от шпионов и террористов всех мастей.
“Считаю себя русским”
Отец дал ему швейцарскую фамилию Фраучи ( Артузов — это псевдоним), а его мать была латышкой. Но родился легендарный разведчик на земле Верхневолжья, в Кашинском уезде. И в графе «национальность» писал: «считаю себя русским».
На последний месяц выпало сразу несколько дат, связанных с биографией этого выдающегося человека. Так, 25 августа исполнилось десять лет с момента установки мемориальной доски в деревне Устиново, на малой родине легенды. Появление этого знака стало точкой отсчета, от которой и началась работа по восстановлению памяти об Артуре Артузове в Верхневолжье (и десять лет спустя уже можно подвести некий итог, но об этом позже). 21 августа — дата его гибели (89 лет назад).
И в августе же 1924 года завершилась операция «Синдикат-2» — гениальная разработка Артузова. Эта история не только вошла в учебники по оперативной работе, но и легла в основу целого ряда шпионских романов, исторических фильмов и детективных сериалов.
Новый метод
Но в 1924 году это был не захватывающий сюжет, а реальность. Жесткая, опасная, не оставляющая права на ошибку. Речь шла о самом существовании молодого советского государства. Операция «Синдикат-2», разработанная Артузовым, стала новым словом в искусстве контрразведки тогда — и классикой на десятилетия вперед.
— Начало двадцатых годов прошлого века для молодой российской республики ознаменовалось серьезными вызовами. Активизировалась деятельность спецслужб иностранных государств и одновременно — белоэмигрантской оппозиции в Польше и Франции. Росла террористическая угроза. Наша страна должна была принять меры к своей защите. И в мае 1922 года в НКВД был создан контрразведывательный отдел, который возглавил наш земляк, Артур Фраучи (Артузов), — рассказывает ветеран органов безопасности Игорь Алексеев.
«Синдикат-2», стал одной из первых масштабных операций, проведенных этим отделом. В ее ходе был использован новый метод, придуманный Артуром Артузовым. По сути, он изобрел легендированную оперативную игру.
Переиграть террористов
Цель операции — обезвредить заграничный центр белогвардейского подполья. Особую опасность тогда представлял так называемый «Союз защиты Родины и свободы» во главе с Борисом Савинковым. Этот человек приложил руку к ряду громких терактов в годы революции, после разоблачения Азефа он возглавил боевую организацию эсеров, участвовал в организации антисоветских мятежей в Ярославле, Рыбинске и Муроме. Также с именем Савинкова связывают создание вооруженных формирований так называемой Русской народной армии, которая в ходе Гражданской и Советско-польской войны выступала на стороне польского диктатора Пилсудского. Боевики Савинкова не раз переходили границы нашей страны с территории Польши, устраивали теракты в России и Белоруссии. Словом, контрразведчики имели дело с непримиримым врагом нового строя и с мощной организацией.
Важно было не только выманить Савинкова в СССР, но и вызвать раскол в белогвардейском подполье. И это сделали. Советским чекистам удалось внушить лидеру террористов, что в России действует тайное общество, которое нацелено на свержение советской власти, и что эта организация заинтересована в сотрудничестве с «Союзом защиты Родины и свободы».
“Снимаю шляпу”
Конечно, Савинков, как опытный диверсант, досконально проверял информацию. Но игра велась виртуозно, Артузов предвидел все ходы противника.
Так, Савинков направил в Россию своего ближайшего сподвижника, Сергея Павловского, руководителя боевого штаба террористов. Его уже ждали и имели доказательства преступлений, в которых он был замешан. Павловского арестовывают.
— У Савинкова и Павловского была договоренность: если что-то пойдет не так, подать сигнал опасности. Павловский, в случае провала, должен был написать своему «куратору» письмо и не поставить точку в одном из предложений. Но советские шифровальщики заметили этот нюанс, — рассказывает Игорь Алексеев.
В итоге Савинков получил письмо, где между строк читался не «сигнал опасности», а «все нормально, можно ехать в СССР».
16 августа 1924 года Савинков пересек белорусскую границу. В Минске его задержали. Как свидетельствуют исторические документы, при аресте он сохранил самообладание и сказал: «Сыграно искусно. Снимаю шляпу».
Основа практики и теории
А уже в ноябре 1924 года Артур Артузов писал:
«В настоящее время главные штабы иностранных государств… снабжаются на 95% материалом, который разрабатывается контрразведывательным отделом ОГПУ совместно с военным ведомством по указанию Наркомвоена и НКИД. Таким образом, иностранные штабы имеют о Красной Армии и ее численности те сведения, которые желательны нам».
Тогда, в начале века, это дало нашей стране возможность получить полтора мирных десятилетия и после революции и Гражданской войны укрепить армию и экономику настолько, чтобы в 1941-м быть готовыми…
Артур Артузов до этого не дожил. Он был репрессирован в 1937 году. В 1956-м признали, что обвинение было ложным, основателя советской контрразведки реабилитировали.
А его идеи все это время работали.
— Метод, предложенный Артузовым, лег в основу развития практики и теории контрразведки. Особенно важное значение его наработки приобрели в годы Великой Отечественной войны. Тогда СМЕРШ провел более 120 контрразведывательных радиоигр, в том числе легендарную операцию «Монастырь». Благодаря ей удалось ввести фашистское командование в заблуждение относительно главного удара Советской армии. Гитлеровцы предполагали, что это будет Ржевское направление. А наши войска сосредоточили силы на Сталинградском. Так что переломный момент на пути к Победе — разгром немцев под Сталинградом — во многом стал возможен благодаря методике оперативных игр, которую разработал наш земляк, — отмечает Игорь Алексеев.
Сегодня в Верхневолжье продолжается работа, призванная увековечить память выдающегося разведчика. На его малой родине есть мемориальная доска, установлен бюст, одна из улиц Кашина носит его имя. А к 135-летию героя (оно отмечалось в феврале этого года) был открыт мемориальный зал-музей. Там регулярно проводятся мероприятия для школьников, посвященные вопросам безопасности и сохранения исторической памяти.
