1 сентября 2025 года вступило в силу постановление правительства, которым утвержден перечень признаков неиспользования земельных участков. Для владельцев садов, огородов и приусадебных территорий это означает переход к более строгим правилам содержания земли.
У дачников сразу возникли вопросы: теперь что – каждую грядку придется пропалывать и косить траву без устали? О том, как именно будет работать новый механизм, «Тверским ведомостям» рассказал руководитель управления Росреестра по Тверской области Николай Фролов.
– Николай Николаевич, собственники загородных земельных участков переживают: теперь, выходит, им пропадать на своих дачах, чтобы там всегда был идеальный газон?
– Я понимаю эти опасения. Но хочу сразу успокоить: никто не собирается превращать жизнь владельцев участков в бесконечную борьбу с сорняками. Перечень признаков был разработан в связи со вступлением в силу с 1 марта 2025 года Федерального закона №307, который определяет в том числе трехлетний срок для освоения земельных участков. По новым правилам, владельцы земли, которую невозможно использовать сразу после приобретения, должны приступить к ее использованию после проведения мероприятий по освоению. Таким образом, закон и постановление правительства направлены не против добросовестных людей, которые действительно используют землю, а против тех, кто годами держит ее в запустении. Мы прекрасно понимаем, что летом трава растет быстро, и за один сезон участок может зарасти даже у самых аккуратных хозяев. Нарушением будет считаться не сам факт появления сорняков, а системное, продолжительное невнимание к земле.
Сорняки как критерий
– То есть речь идет о формализации критериев?
– Совершенно верно. До сих пор инспектор приезжал, смотрел и выносил заключение исходя из собственного восприятия. Один считал участок заброшенным, другой – еще более-менее ухоженным. Это вызывало споры, жалобы, судебные иски. Сейчас все признаки четко прописаны. Например, сорняки выше метра на половине территории через год после первой фиксации – это нарушение. Отсутствие построенного и зарегистрированного здания на участке под строительство в течение пяти лет после окончания срока для освоения – тоже нарушение. Для индивидуального жилищного строительства срок увеличен до семи лет. И это не случайно: строительство дома – процесс долгий и затратный. Государство понимает это и дает людям время.
– А что делать тем, кто купил участок, но пока не может его использовать – нет денег на строительство, нет сил заниматься огородом?
– Закон учитывает такие ситуации. Никто не требует, чтобы дом вырос через месяц после оформления документов. Для ИЖС установлен семилетний срок. Для земли под дачное хозяйство – три года на освоение. Это вполне разумные сроки, за которые можно либо начать строительство, либо хотя бы привести участок в минимально ухоженное состояние: скосить траву, убрать мусор, не допускать зарастания бурьяном по пояс. Мы исходим из того, что земля – это ресурс. Она должна работать, приносить пользу. Если человек в принципе не собирается использовать участок, тогда стоит подумать о продаже или передаче земли тому, кто будет заниматься ею.
Шанс на исправление
– В новых правилах говорится не только о сорняках, но и о состоянии построек. Это тоже теперь под контролем?
– Да, это важный момент. Если на участке уже есть здание или сооружение, оно должно содержаться в надлежащем состоянии. Разрушение крыши, выпадение окон, трещины в стенах – всё это теперь признается признаком неиспользования участка. Но опять же: не в моменте, а если в течение года после фиксации собственник не предпринимает никаких мер. У него есть время начать восстановление. Закон дает шанс на исправление, а не сразу наказывает.
– Какие еще признаки неиспользования предусмотрены постановлением?
– Для всех категорий участков в границах населенных пунктов, а также для садовых и огородных земель признаком неиспользования станет захламление отходами более половины площади. Стихийные свалки на частных землях – это отдельная большая проблема. К нам поступает огромное количество жалоб от соседей, которые вынуждены жить рядом с подобными «брошенными» участками. Мы знаем случаи, когда заброшенные сады превращались в свалку строительного мусора или даже использовались для складирования отходов предприятий. Это наносит ущерб экологии и здоровью людей.
Проблемы «заброшки»
– Каковы масштабы проблемы?
– По данным Союза садоводов России, в каждом садовом товариществе есть так называемые «мертвые» земли. В среднем это около 20 процентов от общей площади. В более престижных поселках доля меньше, в отдаленных – может доходить до 30–40 процентов. В Тверской области картина примерно такая же. Практически в каждом СНТ есть заброшенные участки, которые зарастают бурьяном и становятся источником пожаров, рассадником клещей, грызунов, змей. Проблема носит системный характер. И государство давно искало механизм ее решения. Новый закон и постановление как раз дают такой инструмент.
– Что ждет собственника, если его участок признают неиспользуемым?
– Сначала инспектор составляет акт, выносит предписание устранить нарушение. У собственника есть время – год – чтобы исправить ситуацию. Если он реагирует, косит траву, убирает мусор, начинает строительство – никаких санкций не последует. Если же предписание игнорируется, тогда уже возможно административное наказание. В крайних случаях, когда годами ничего не делается, по решению суда участок может быть изъят и выставлен на торги. При этом деньги от продажи вернут владельцу за вычетом расходов на проведение торгов. Но хочу подчеркнуть: изъятие – это крайняя мера. Она применяется очень редко. Основная цель закона не в том, чтобы отбирать землю у граждан, а в том, чтобы побудить их использовать ее по назначению.
Инструмент давления?
– Тем не менее, перспектива изъятия пугает многих владельцев. Не получится ли так, что закон станет инструментом давления?
– Нет, потому что теперь всё четко регламентировано. Инспектор не может сказать: «Мне кажется, участок заброшен». Он обязан руководствоваться признаками, утвержденными правительством. Это защита от произвола. Кроме того, каждое решение можно обжаловать. Если собственник не согласен с заключением, он вправе обратиться в суд. В основе – формальные критерии, а не субъективное мнение.
– Как вы оцениваете влияние новых правил на рынок земли?
– Я думаю, оно будет положительным. Заброшенные участки, которые годами простаивали без дела, будут либо приводиться в порядок, либо продаваться. Это оживит рынок, увеличит предложение. Муниципалитетам станет легче: меньше стихийных свалок, меньше пожаров, меньше жалоб от соседей. Земля должна работать, а не простаивать.
– Есть ли риски, что закон окажется труднореализуемым на практике?
– Конечно, многое зависит от качества работы инспекторов, от их профессионализма. Мы в Тверской области готовим сотрудников, проводим обучение, разъясняем новые правила. Для нас важно, чтобы проверки проводились объективно и корректно. Наша задача – не штрафовать, а помогать людям понимать, что нужно делать. Я убежден, что большинство собственников воспримут эти нормы спокойно. Они направлены прежде всего против тех, кто годами вообще ничего не делает со своей землей.
– Николай Николаевич, как бы вы сформулировали философию этого закона?
– Очень просто: земля должна работать. Она не должна годами пустовать, зарастать бурьяном или превращаться в свалку. Это ресурс, которым нужно пользоваться. Это основа экономики, продовольственной безопасности, качества жизни.
