Здравствуйте, уважаемая редакция! Повод написать вам появился случайно. Однажды я рассматривала старые фотографии, и вот о людях, изображенных на одной из них, мне захотелось рассказать.
Может быть, я одна из последних, кто знал этих людей. Конечно, это детские воспоминания, но вдруг они кого-то заинтересуют.
Это фото 1938 года, на нем изображены работники Торжокского интерната для слабовидящих детей и их воспитанники. Школа-интернат располагалась в двухэтажном купеческом особняке на улице Старицкой, сейчас это дом № 25. В ней слабовидящие ребята получали образование, их обязательно учили какому-нибудь ремеслу. На фото (справа налево) сидят заместитель директора Димитрий Яковлевич Шишков (мой отец), директор интерната, преподаватель Александр Владимирович Соколов, преподаватель Ксения Соколова (супруга директора).
Наша семья Шишковых жила в доме № 17 рядом с интернатом, и Александр Владимирович часто заходил к нам в гости. Это был высокий молодой красавец, очень шумный и веселый. Мы с младшим братом называли его «дядя Сашечка» и очень радовались его приходу, потому что он брал нас на руки и подбрасывал к потолку, нам было весело и немного страшно. А.В. Соколов приходил к нам вместе с супругой, мы пили чай, а потом «дядя Сашечка» начинал что-то говорить, а взрослые сидели и внимательно его слушали, нам это казалось немного странным. Это потом мы узнали от родителей, что Александр Владимирович был поэтом и читал свои стихи.
Мой отец Д.Я. Шишков по образованию был учителем начальных классов, он учил детей с нарушением зрения читать по азбуке Брайля. Вел хозяйство интерната. Отец происходил из крестьянской семьи, всего добивался в жизни сам.
В 30-х годах шла борьба с безграмотностью, поэтому по вечерам в школе все преподаватели вели ликбез, учили грамоте взрослых с близлежащих улиц, иногда им помогали воспитанники. А в выходные все работники школы ходили в окрестные деревни учить селян.
Летом 1941 года А.В. Соколов уехал в Ленинград на учебу и оттуда в первые дни войны ушел на фронт, а моего отца сразу же мобилизовали на рытье окопов под Селижарово.
В начале октября 1941 года немцы подошли очень близко к Торжку, началась эвакуация производств и учреждений из города. Отца вернули домой, назначили начальником эвакуации школы. Ему нужно было в 24 часа собрать всех учащихся, сотрудников, приготовить имущество к эвакуации на машинах. Все сотрудники школы трудились не покладая рук, сделали все возможное и невозможное, ведь имущества было немало. На следующий день рано утром приехали машины, погрузились и отправились в Калинин. На открытых грузовиках ехать было холодно, и нас, детей, зарывали в тюки с вещами. С собой было разрешено взять только личные вещи и одежду. Квартиру с мебелью и другими вещами просто заперли на ключ.
Ждали на пристани, вечером нас погрузили на пароход, и в ночь мы поплыли по Волге. Все окна на пароходе были заставлены закрытыми шкафами, видимо, в них эвакуировали документы, огней не зажигали, стояла кромешная тьма. По пароходу ползли слухи, что после нашего отплытия на пристань были сброшены бомбы. Везли нас в Удмуртскую АССР. Пока плыли на пароходе, играли на палубе в мяч, бегали. Эвакуировалась и семья директора, а сам он уже был на фронте. В Удмуртии нас всех направили в разные населенные пункты.
Накануне Нового года, 30 декабря, отца и его сослуживца с сыном призвали на фронт. Д.Я. Шишков прошел всю войну, воевал на 2-м Украинском фронте в должности старшины батареи, освобождал Яссы, Будапешт, Белград, Вену и другие города Европы. Отец награжден двумя медалями «За боевые заслуги».
На его долю выпало страшное лето 42-го, отступление в бескрайних донских степях, приказ № 227 и плен после тяжелого ранения. Вот как он вспоминал об этом: «Летом 1942 года отступал вместе со своей частью к Сталинграду, шли голой степью, было очень жарко, всех солдат мучила жажда. Наша часть нарвалась на фашистов, мы приняли бой. Это был очень жестокий бой, земля стонала от огня и разрывов снарядов, гранат, стрельбы из личного оружия. В этом бою я был тяжело ранен в бедро и получил контузию. Когда очнулся, стояла тишина, но кругом были немцы. Так я попал в плен. Меня и всех взятых в плен солдат фашисты поместили в лагерь смерти «Вороново». Очень многие в этом лагере были замучены до смерти – умирали от ран, которые никто не лечил, от голода, потому что пленных почти не кормили, других просто расстреливали. Так и я уже потерял всякую надежду на спасение и отсчитывал свои последние дни. Но случилось настоящее чудо. В 1943 году наши войска захватили лагерь и освободили нас из плена. Бойцы выносили из землянок оставшихся в живых сразу по двое, мы почти ничего не весили, так были истощены».
А вот А.В. Соколов, наш «дядя Сашечка», с войны не вернулся, об этом мы узнали от знакомых, он погиб в 1942 году в боях под Ржевом. С его семьей связь прервалась, я помню, что у него было трое детей нашего с братом возраста, но ничего о них не знаю. Школа-интернат в Торжок больше не вернулась, в ее здании после войны до 1960-х годов находился детский дом. Вот такая история.
Г.Д. ОСИПОВА, отличник народного образования Торжокский район
