Возможно, уже в конце предстоящей недели Московский райсуд Твери вынесет приговор в отношении Виталия Усова, бывшего директора Всероссийского научно-исследовательского института синтетических волокон (ВНИИСВ).
Если, конечно, рассмотрение дела не будет буксовать по причине неудовлетворительного состояния подсудимого, как это бывало уже не раз.
Но еще до вынесения решения суда по этому делу представители ВНИИСВ намекнули, что Усову может «посчастливиться» участвовать еще в одном судебном разбирательстве. Руководство института подумывает о том, чтобы заявить гражданский иск о возмещении морального и материального ущерба, нанесенного действиями Усова, который «передал интеллектуальную собственность ВНИИСВ третьему лицу без соблюдения должных требований».
Напомним, в начале февраля этого года экс-директор ВНИИСВ был задержан в столичном аэропорту «Внуково» сотрудниками управления Федеральной службы безопасности по Тверской области. Основанием послужило уголовное дело, возбужденное региональным управлением ФСБ по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса РФ (мошенничество в особо крупном размере). Из материалов следствия явствует, что Виталий Усов, используя свое служебное положение директора института, в 2008–2009 годах осуществил хищение путем мошенничества 5 миллионов рублей, выделенных ВНИИСВ из бюджета Союзного государства Россия – Белоруссия.
Средства были выделены институту на выполнение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ для ОАО «ЦК МПФГ „Формаш“ и Ивановского химико-технологического университета по научно-технической программе Союзного государства „Современные технологии и оборудование для производства новых полимерных композиционных материалов, химических волокон и нитей на 2008–2011 гг.“. Применение наработкам тверских специалистов должно было найтись в оборонной и металлургической промышленности, машиностроении, органах внутренних дел и медицине.
Возвращаясь к самому Усову, вспомним также, что ранее он уже имел дело со следствием. В 2000 году по результатам проверки хозяйственной деятельности ООО „Русское бистро“ Следственный комитет МВД РФ привлек его, являвшегося генеральным директором указанного торгово-производственного объединения, к уголовной ответственности по той же 159-й статье УК. Тогда Усову вменялись в вину махинации с оборудованием. Уголовной ответственности он избежал.
Каждое заседание нынешнего процесса начинается со стандартного ритуала. Председательствующий федеральный судья Игорь Гоголев интересуется у подсудимого Усова состоянием здоровья, каждый раз получая примерно один и тот же ответ:
– Хреново, ваша честь!
После чего судья разрешает для себя сложную дилемму: либо продолжить процесс, либо вызывать „скорую“ и прекратить на время заседание.
На этой неделе Усов, помимо привычных жалоб на состояние здоровья (по свидетельству защиты, их доверитель страдает целым букетом тяжелых заболеваний, в том числе раком), потребовал улучшения условий содержания и сетовал на то, что в СИЗО он недоедает.
Вообще Виталий Усов за время содержания под стражей исхудал так, что на узких, почти мальчишеских плечах голова выглядит непомерно большой. Те, кто знает его близко, говорят, что он скинул
– Поймите, мне нужно срочное улучшение условий содержания, – внушал на днях суду Усов. – Прошу предоставить мне VIP-камеру с холодильником, телевизором и СВЧ-печью. Я все готов оплатить. Ну, или, на худой конец, дайте хотя бы холодильник. Ведь мои передачи урезают, ссылаясь на санитарные нормы: мол-де на жаре продукты без охлаждения просто протухнут. А холодильник мне не дают. Меня ограничивают в еде!
Суд взялся разрешить проблему Усова. Уже на следующий день Виталий Викторович проинформировал председательствующего, что в его камере появился холодильник.
В перерывах между утряской медицинско-бытовых сложностей подсудимого участники процесса занимались рассмотрением дела, в частности, изучали показания свидетелей со стороны обвинения и представителя потерпевшей стороны.
Представитель потерпевшей стороны – юрист ВНИИСВ Татьяна Лазарева – рассказала суду о фирме-посреднике, предложенной Усовым в качестве соисполнителя заказа ВНИИСВ.
– Со слов работников института я знаю, что в начале сентября 2008 года в кабинете директора Усова было проведено совещание по подготовке договорной документации, – сообщила Лазарева. – Тут же он предложил включить в качестве соисполнителя заказа фирму ООО „Верта“, у которой не было научного реноме и даже соответствующего коллектива. За реквизитами данной фирмы Усов посоветовал обратиться к своему заместителю по финансовым вопросам Татьяне Жгилевой. Со слов сотрудников предприятия, именно она готовила всю необходимую документацию для заключения договоров. В дальнейшем во исполнение указания Усова научно-техническим отделом института было подготовлено два проекта договора, в которых в качестве заказчика выступал ВНИИСВ, а в качестве исполнителя – „Верта“. Ближе к окончанию срока договоров Жгилева дала указание начальнику научно-технического отдела ВНИИСВ подготовить отчеты по тематике двух договоров, мотивируя это тем, что работники „Верты“ не могут сделать квалифицированных научных отчетов. Поскольку Усов фактически отсутствовал на предприятии, приказания Жгилевой работники принимали, как указания директора. Сам Усов только подписывал договора, акты выполненных работ. Его не смущало, что он ставит росчерк под актами сверки до выполнения самих работ.
Представители потерпевшей стороны считают, что Усов, помимо вовлечения сотрудников ВНИИСВ в незаконную деятельность и подписания фиктивных договоров, „передал интеллектуальную собственность ВНИИСВ третьим лицам без соблюдения должных требований“.
– Некоторые прорывные разработки института благодаря Виталию Викторовичу попали в руки неизвестных без оформления соответствующих документов. В этой связи мы вынуждены задуматься о предъявлении Усову гражданского иска на возмещение материального и морального вреда, – отметила юрист Лазарева. – Пока этот шаг мы не можем реализовать, поскольку не можем подтвердить уникальность наших разработок: документы на оформление интеллектуальной собственности находятся на стадии оформления.
Прозвучали на этой неделе и показания свидетеля Татьяны Жгилевой, в отношении которой было возбуждено и приостановлено (в связи с тяжелым состоянием здоровья Жгилевой: у нее рак) уголовное дело по статье 201 УК РФ (злоупотребление полномочиями).
– Я протестую против оглашения показаний Жгилевой, – возмущался Усов. – Эта женщина решала вопросы за моей спиной.
Однако его протест не был принят судом.
Вот что рассказала Жгилева на допросе 3 февраля 2010 года: „В середине марта 2008 года меня позвал к себе непосредственный начальник Усов. Он поручил мне учредить коммерческую фирму (то самое ООО „Верта“) на имя юрисконсульта Виктора Слышинского и дал мне десять тысяч рублей, которые я должна была внести в уставной капитал“.
Женщина исполнила указание. В штатное расписание фирмы Жгилева включила все свое ближнее окружение: дочь, сожителя, его родственников, детей своих подруг. Фактически же весь груз договорных работ исполнили сотрудники ВНИИСВ. У фирмы вроде бы даже имелся юридический адрес, по которому ее не представлялось возможным отыскать, но куда по договору о секретарском обслуживании приходила корреспонденция „Верты“: Тверь, улица Вольного Новгорода, 14.
А вот печать фирмы сотрудники УФСБ без труда нашли в кабинете Жгилевой во ВНИИСВ в ходе оперативно-розыскных мероприятий, проведенных 9 июня 2009 года.
Жгилева пояснила следствию, что за самоотверженный труд ни она, ни ее родственники и знакомые не получали от Усова вознаграждения. Зато она «по распоряжению Усова перечисляла денежные средства со счетов „Верты“ на счета других фирм». Речь о тех самых пресловутых пяти миллионах рублей. Деньги, как следует из материалов дела, дробно перетекли сначала на счет московской фирмы ООО «Классика», занимающейся подбором специалистов для выполнения определенных работ и оптовой торговлей алкогольными напитками. После этого часть денег перекочевала другой компании, также связанной с торговлей алкоголем. Много позже деньги на счета «Верты» были возвращены, правда, в сумме 4 миллиона 940 тысяч рублей. Участники процесса недоумевают, куда делись оставшиеся 60 тысяч.
Кстати, на днях адвокат Егоров, один из трех защитников Усова, в кулуарной беседе с близкой знакомой Виталия Викторовича похвастался, что его подопечный уж в чем-чем, а в деньгах нужды не испытывает, ведь несколько месяцев назад Егоров «лично пополнил тюремный счет Усова» как раз на 60 тысяч рублей. Но это так, лирическое отступление.
Помимо показаний свидетелей, суд рассмотрел на этой неделе сразу два ходатайства защиты Усова. Оба они касались изменения меры пресечения. В одном прошении говорилось о том, что Усов с 8 июля по настоящее время содержится под стражей незаконно, поскольку суд «по истечении шести месяцев стражи не продлил ее на определенный срок». В другом ходатайстве адвокаты настаивали на изменении меры пресечения с содержания под стражей на меру пресечения, не связанную с лишением свободы, например, залог или подписку о невыезде.
Пока председательствующий метался между «совещательной» комнатой и залом заседания, разрешая прошения адвокатов Усова, поданные с интервалом в 20 минут, сам Усов перевоплотился на время из подсудимого в гастронома. Виталий Викторович, расправляясь с очередной передачей, делал продуктовый заказ сыну:
– Купи сырки глазированные, колбасы копченой две палки, только той, что в прошлый раз привозили.
– Может, еще сосиски? – участливо интересовался сын.
– Да, сосиски тоже можно. Еще печенье «Топленое молоко», маленький кочешок капусты, три морковки и две свеколки. И сала! Только украинского! Ну, знаешь, чтоб такое, потолще было. Понял?
Сын задумчиво кивал головой. Его размышления прервал председательствующий, который вошел в зал суда только за тем, чтобы сообщить Усову пренеприятнейшее известие: оба ходатайства его защитников отклонены. Также судья Гоголев заявил, что заседания по делу Усова будут проходить в плотном режиме и каждый день на протяжении всей последующей недели.
