Совсем скоро мы отметим 77 лет со дня Великой Победы. 77 лет, как советские солдаты стёрли с лица Земли нацистскую угрозу и обеспечили будущее не только своей стране, но и всему миру.
В архиве РИА Верхневолжье хранятся письма ветеранов, в которых они рассказывают о боевых подвигах, боях и возвращении к обычной жизни. Письма были присланы в редакцию газеты «Тверская жизнь» в далёком 1995 году.
Одно из этих писем накануне 50-летия Победы в редакцию написал Анатолий Михайлович Доброходов, ветеран, лётчик 482-го истребительно-авиационного полка.
«Жизнь лётчиков, судьба нас, молодых, в тяжёлые военные годы складывалась по-разному – одних сбивали с первого боевого вылета, другим посчастливилось пройти все несчастья и дожить до радостного Дня Победы, а третьим – погибнуть, не сделав ни одного боевого вылета», — пишет Доброходов.
Авиационное училище, где проходил учёбу Анатолий Михайлович, находилось в 1942 году в Азербайджане, в городе Евлахе. Молодые лётчики, знавшие старые машины, учились управлять более скоростными.
Курсанты переходили на ЛАГГ-3, не хватало горючего, лётного состава. В основном изучали теорию, тактику, следили за сводками с фронта. У Анатолия Михайловича был хороший товарищ, осетин по национальности Кадиев, высокий, жизнерадостный парень. Одним из первых он закончил учебную программу на ЛАГГ-3 и был направлен на фронт.
«Мы ему тогда завидовали», — пишет Доброходов.
Через несколько недель командир сообщил курсантам, что Кадиев погиб на одном из первых боевых вылетов. Самолёт Кадиева сбил «мессер» при посадке — сел на хвост группе, бойцы этого не заметили. Доброходов рассказывает ещё об одном молодом друге-лётчике, который погиб зимой 1943-1944 годов. Саша Щербаков в паре с командиром выполнял тренировочный полёт. Всё шло хорошо, все запланированное было выполнено, но при посадке у самолёта Саши отказал мотор, он сделал ещё круг, но всё равно разбился.
«И вдруг, неожиданно, на наших глазах, когда до аэродрома оставалось несколько сот метров, а высота над землей 40-50 метров, самолёт вначале как бы замедлил поступательную скорость и резко носом клюнул вниз (потерял скорость), и через несколько секунд на границе аэродрома ударился в глубокий снег», — рассказывает Доброходов.
Все бросились к самолёту, вытащили лётчика, на руках донесли до санитарной машины, но спасти курсанта не удалось.
«А мне всё никак не хотелось верить, что перестало биться сердце Саши, что он ушёл от нас навсегда. Так я потерял ещё одного своего друга, друга и товарища по трудной, голодной и холодной, но и интересной курсантской жизни», — пишет Анатолий Михайлович.
Зимой 1943-1944 гг. войска 3-го Белорусского фронта несколько раз пытались прорвать линию обороны немцев в районе Витебска-Орши-Могилёва. 1944 год вошёл в историю Великой Отечественной войны как год знаменитых десяти ударов.
«Хочется остановиться на пятом ударе и вспомнить отдельные эпизоды из жизни нашего полка. Пятый удар был нанесён в июне-июле 1944 года, когда Красная Армия наголову разбила немецкие войска под Витебском, Оршей, Бобруйском, Могилевом и завершила свой удар окружением 10 немецких дивизий под Минском. В результате этого удара наши войска полностью освободили Белоруссию, вышли под Вислу и освободили значительную часть союзной нам Польши, форсировали Неман и подошли к границам Германии».
«23 июня, рано утром весь технический и лётный состав нашего 482-го ИАП был поднят по тревоге», — рассказывает Доброходов.
В каждом полку был свой «Василий Тёркин», и в 482-м тоже был. Звали его Саша Каргачинский.
«Перед личным составом полка поставлена боевая задача: в составе нашего соединения (2 ИАК) сопровождать 9 девяток пикирующих бомбардировщиков на бомбометание опорного пункта врага в городе Орша».
Во время выполнения задания Анатолий Михайлович увидел, как сбитый самолёт Саши Каргачинского рухнул на землю.
«Сашин истребитель мгновенно и резко клюнул вниз, вошёл в почти отвесное пикирование. Полетели бомбы и с нашей девятки, резко левой рукой нажимая на рычаг сбрасывателя, полетели и мои «поросята», на земле пожары, сотни разрывов и дым, дым и сплошные шапки разрывов всё тех же ненавистных «Эрликонов». Бросаю свой самолёт вниз на мгновение, слежу за Сашкой, а он не выводит свой Ла-5 из пикирования, жду купола парашюта, но и он не появляется, а самолёт с каждой секундой всё ближе к земле, мгновенно пролетает мысль: «Прямо попадание в кабину». Попыток вывести самолёт из пикирования Саша не делает. И… какие-то доли секунды. Земля… Удар! Облако и столб земли, пыли и груды обломков», — вспоминает Доброходов.
Тогда советские лётчики говорили себе: «Кончились ваши весёлые дни, кончилось ваше господство в воздухе, когда вы, хвалёные немецкие асы, гонялись за отступающими на восток русскими людьми, гонялись за отдельными повозками, расстреливая на тяжёлых дорогах войны беззащитных стариков и детей.
Шли в воздухе, пристроившись рядом с нашим истребителем, показывали на пальцах из своих кабин, с какого захода собьёте русскую машину и русского лётчика. Но не всегда вам это удавалось. Вы тогда ещё не знали русского характера, не знали и не понимали нашей идеологии и патриотизма русских лётчиков. Кончились ваши дни, наступил другой период – период нашего полного преимущества и господства в воздухе».
Анатолий Михайлович завершил своё письмо словами: «И мы внесли небольшую свою лепту при прорыве линии фронта противника и начале наступления наших войск в составе Прибалтийского фронта в июне месяце 1944 года. Но наступление войск и боевые действия нашего 482-го ИАП продолжались, и мы двигались всё дальше на Запад – к фашистскому логову Берлину».
Эти люди сделали всё, чтобы мы сейчас могли видеть мирное небо над головой. А задача нашего поколения – сохранить этот мир и память о подвигах наших героев. 9 мая в Твери пройдёт Бессмертный полк. Шествие начнётся от стелы «Город воинской славы» в 15:00. Принять участие в акции может каждый желающий.
