Даришь мне букетик одуванчиков
И говоришь: «Храни его, иначе я умру».
Как же донесу домой подарок твой
Я на таком ветру?
(Евгений Клячкин)
Знаменитую пьесу Леонида Зорина поставил на сцене Вышневолоцкого драмтеатра режиссер Владимир Коломак, почетный работник культуры и искусства Тверской области. Премьера состоялась 16 марта.
Каждый раз, отправляясь в этот маленький провинциальный театр, ожидаешь чуда. И не было случая, чтобы эти ожидания обманулись.
Леонид Зорин рассказал в «Варшавской мелодии» о трагической любви послевоенных московских студентов – польской девушки Гелены и русского парня Виктора. Счастье юных влюбленных безжалостно раздавила советская государственная машина: 15 февраля 1947 года в СССР вышел указ о запрещении браков с иностранцами, по сравнению с которым злые козни всемирно известных веронцев кажутся просто детскими игрушками. Насколько грозным был новый закон, можно судить хотя бы по словам британского дипломата того времени Питера Сквайра: «С англичанами из русских могут встречаться либо самоубийцы, либо работники НКВД».
У «Варшавской мелодии» счастливая сценическая судьба: ее играли в 150 городах нашей страны и в 16 странах мира. И каждый, кто хоть сколько–нибудь интересуется театральным искусством, уж две–три постановки, конечно, видел. Какую же версию пьесы предлагает зрителю режиссер Коломак?
– Я читаю это как дневник, – говорит мастер. – Если следовать ремаркам Зорина, получается, что взрослый уже герой вспоминает пору своей юности.
Вспоминая, герой словно бы перелистывает альбом послевоенных фотографий. Все фотографии черно-белые. Эта говорящая примета времени немедленно погружает зрителя в ту далекую эпоху.
А добился режиссер такого эффекта простым способом: героев, одетых в белое – белая шинель, белое платье, шапочка, сапожки, – высвечивает на черной сцене яркий луч. И черно-белые снимки оживают. Они всегда оживают, когда листаешь такие альбомы: всплывают в памяти образы людей, запахи и звуки. Наверное, фотографии для того и придуманы, чтобы, глядя на них, еще раз пережить то далекое, что оставило в душе неизгладимый след.
Герой «Варшавской мелодии» листает свой альбом наедине со зрителем. И зритель ощущает вкусный морозный запах пушистого декабрьского снега и слышит чарующую музыку Шопена. Под эту музыку, под этот снег познакомились Виктор и Гелена. Она – студентка консерватории, хрупкая, нежная, очаровательная. От пережитых в детстве ужасов войны у нее осталось щемящее чувство незащищенности и ожидания беды. Он – тоже студент, будущий винодел, солдат Великой Отечественной, сильный и смелый («Я Гитлера не испугался!»). И оба они – очень молодые, беззаботные, смешливые, невозможно красивые и абсолютно без гроша в кармане. Впрочем, последнее обстоятельство совершенно не омрачает их счастья. А когда нужно подарить на Новый год любимой девушке туфли, Виктор пользуется испытанным студенческим приемом – идет ночью разгружать вагоны.
Неповторимое очарование вышневолоцкого спектакля как раз в том, что сыграть влюбленных студентов Владимир Коломак поручил совсем юным артистам – Алине Анохиной и Роману Анохину. Они подарили своим героям обаяние молодости, юношескую бесшабашность, трепетность первого, только зарождающегося чувства и ощущение огромного, безграничного счастья.
И когда все это – свежее, юное и необыкновенно прекрасное, открытое миру – вдребезги разбивается о враждебную действительность, зритель едва сдерживает слезы.
Герои встречаются снова через десять лет. Это уже не воспоминания, это жизнь во всех ее красках. И он, и она состоялись в профессии: Гелена – известная в Польше певица, Виктор – ученый, приехал в Варшаву в командировку. У обоих семьи. Но как же горька эта цветная, внешне благополучная жизнь! Как далека она от той – счастливой, черно-белой,– оставшейся только в воспоминаниях! Их свидание в маленьком кафе – пронзительный, рвущий душу крик о любви, которую задушили обстоятельства непреодолимой силы. Они что-то говорят друг другу, произносят слова про мужей-жен, про польские виноградники, про хозяина ресторанчика, в котором расположились, про культурные связи… Но глаза и сердца говорят совсем другое. И зритель слышит разговор этих глаз и сердец:
Прижилась обида, присмирела,
Люди обступили и дела…
Снова поднимаюсь на рассвете,
Пью с друзьями, к случаю, вино,
И никто не знает, что на свете
Нет меня уже давным–давно.
Эта встреча через десять лет только разбередила рану: они по–прежнему любят друг друга и по-прежнему не могут соединиться. У них совсем мало времени: он послезавтра уезжает. И если гражданка свободной Польши Гелена готова бросить все и хоть эту ночь провести с ним, советский гражданин Виктор такой роскоши позволить себе не может: всевидящее око КГБ зорко следит за его моральным обликом, и случись что – кара будет тяжкой. Слишком высока для него цена этой ночи, он не в состоянии ее заплатить. Перед героиней и перед зрителем встает вопрос: он предал любовь?
«Здесь нельзя предложить одну точку зрения, – считает режиссер. – На карте его семья, карьера, возможно, вся жизнь, а с другой стороны – любовь, которая выше всего, сильнее всего».
У зрителя нет желания огульно осуждать героя, зажатого в советские тиски. К тому же эта ночь не спасла бы любовь. А вот Гелена сочла это предательством. Они расстались еще на десять долгих лет.
В третий раз герои встречаются в Москве: Гелена приехала на гастроли, и Виктор пришел на ее концерт. Теперь, казалось бы, ничего не мешает им соединить свои судьбы: никто из них узами брака не связан, да и советские законы уже не так суровы. «Жизнь идет вперед», – замечает Виктор. «И во всех отношениях, – печально добавляет Гелена. – Молодые люди даже женятся на иностранках». В этих словах и тоска, и горечь, и бесконечная боль, и обида. Обида на мужчину, который не смог защитить любовь. Она больше не верит ему. У автора пьесы Леонида Зорина финал очень жесткий: отношения героев не сложились.
А Владимир Коломак, ни на шаг не отступая от текста, все-таки оставляет у зрителя пусть совсем крошечную, но все же надежду на будущее счастье героев.
Завершая рассказ об этом спектакле, хочется отметить, что пьеса Леонида Зорина очень трудна для постановки: во-первых, там почти нет действия, только разговоры, а во-вторых – всего два персонажа. От актеров требуется мастерство высочайшего класса, чтобы на протяжении двух часов не просто удерживать внимание зрителя, а заставить его принимать трагедию героев как свою собственную.
Нынешний театральный сезон близится к завершению. Думается, можно уже подвести его предварительные итоги. На мой взгляд, театральная копилка Верхневолжья пополнилась нынче двумя бесспорными шедеврами: спектаклем «Маленькие большие женщины» в Тверском театре кукол (режиссер Виталий Салтыков) и «Варшавской мелодией» Владимира Коломака в Вышневолоцком драмтеатре.
